Торжественный день в семье Баскиджянов, связанный с рождением дочери Эллы, должен был стать запоминающимся праздником. Однако вместо радостного события 27 мая 2024 года в Лос-Анджелесе разразилась кровавая драма. 30-летняя Мэрин Баскиджян, пережившая в тот день один из самых счастливых моментов жизни, спланировала family annihilation — ужасающий вид семейного насилия, когда родитель убивает близких и затем себя.
Трагедия произошла в доме родителей мужа Мэрин в районе Норт-Хиллз. Семья только недавно переехала туда из Виннетки — после двух ограблений их прежнего жилья за последние два года, которые сильно травмировали женщину. Для защиты муж Мэрин приобрел огнестрельное оружие, которое позже стало орудием массового убийства.
Последние часы перед трагедией: иллюзия счастья
За день до стрельбы в доме царила идиллическая атмосфера. Родственники собрались, чтобы отметить рождение шестидневной Эллы. Вечер прошел в тепле и гармонии: звучала музыка, гостей угощали пиццей, пара с детьми танцевала. Никто и подумать не мог, что эта ночь станет последней для четверых.
По сообщениям местных СМИ, первый выстрел раздался незадолго до 20:00. В полицейский участок поступил экстренный звонок о предполагаемом насилии в частном доме. Когда силы правопорядка прибыли на место, они обнаружили тела 33-летнего мужа Мэрин, их двухлетнего сына и едва появившейся на свет шестидневной дочери. Самой Мэрин тоже не было в живых — она покончила с собой.
Расследование продолжается: как могло произойти подобное?
Следственные органы Калифорнии квалифицировали инцидент как убийство-самоубийство и запустили расследование причин трагедии. Родственники Мэрин и жертв пока воздерживаются от комментариев, но эксперты уже называют этот случай одним из самых жутких в современной истории США.
Страшнее всего то, что внешне семья выглядела вполне благополучной: заботливые родители, желанная новорожденная девочка, теплые отношения с родными. Однако скрытые травмы, возможно, давление и чувство безысходности привели к этому невероятному финалу. Сегодня полиция и психиатры пытаются разобраться, что стало катализатором беды.
